За две недели открытый инструмент REA набрал на GitHub больше 340 тысяч звёзд, YouTube заполнили ролики «склонируй любое приложение за минуты», а разработчик выложил бесплатные аналоги семи программ Adobe, написанные с помощью Claude. Кажется, что ИИ научился копировать любой софт. Мы разобрали первоисточники и выяснили: под одним лозунгом смешались три разных явления, и реальная угроза находится совсем не там, где её ищут.
Коротко
- REA — не «копировальная машина», а связка существующих инструментов реверс-инжиниринга (Ghidra, IDA, Hopper, JADX), к которой ИИ-агент получает доступ через MCP. Сам проект нигде не обещает клонировать приложения.
- Нашумевшие бесплатные «клоны Adobe» написаны заново по публичным спецификациям форматов и пока находятся в ранней альфа-версии.
- Настоящее копирование кода через декомпиляцию уже происходит — но в маленьких инди-играх, где бинарник небольшой, а у автора нет ресурсов на защиту.
- На волне хайпа появились поддельные репозитории REA с трояном внутри.
Как раздувался хайп
Репозиторий morluto/rea (Reverse Engineer Anything) существует с апреля 2026 года, но взрывной рост начался в октябре. По данным The GenAI Magazine, 7 октября у проекта было около 9,7 тысячи звёзд, а к 16 октября — около 268 тысяч. Когда мы проверили страницу 20 октября, счётчик показывал 345,5 тысячи звёзд и 87 тысяч форков, а сам README благодарит сообщество за 300 тысяч. Подозрения в накрутке звучали, но то же издание не нашло их подтверждений: вместе со звёздами росли загрузки npm-пакета, число форков и контрибьюторов.
Главным усилителем стал YouTube. Ролик канала Low Level, где автор тестирует «вирусный репозиторий для реверс-инжиниринга», за четыре дня собрал 2,6 миллиона просмотров. Вокруг него выросла волна обучающих видео на английском, испанском, португальском и русском с заголовками в духе «клонируй любой софт бесплатно» или «я не реверс-инженер, но склонировал платное приложение за два часа». Многие из них за неделю набрали от 100 до 350 тысяч просмотров.
Параллельно случились ещё две истории, которые слились с REA в общественном восприятии. Разработчик Брэндон Томас выпустил ArtCraft — бесплатные открытые аналоги Photoshop, Illustrator, Premiere, Lightroom, After Effects, InDesign и Acrobat, написанные на Rust с помощью Claude Opus 5.5. Позже, как сообщает Al Jazeera, к ним добавились замены Word, PowerPoint и Excel. А Kotaku рассказал о скандале в Steam, где один разработчик обвинил другого в копировании кода своей игры.
Три разных явления под одним лозунгом
Чтобы понять, что происходит на самом деле, эти истории нужно разделить:
| REA/ ArtCraft / Клоны игр в Steam | |||
| Что это | Инструмент, дающий ИИ-агенту доступ к средствам анализа программ | Новые программы, написанные с нуля как аналоги Adobe и Microsoft | Готовые игры, в которые, по обвинениям, перенесён чужой декомпилированный код |
| Метод | Статический и динамический анализ: дизассемблеры, декомпиляторы, трассировка | По словам автора, «чистая комната»: реализация по публичным спецификациям форматов файлов | Декомпиляция закрытой игры и копирование кода в свой проект |
| Что копируется | Само по себе ничего — инструмент объясняет, как устроена программа | Функциональность и внешний вид, но не исходный код | Код: имена классов, функции, сообщения об ошибках |
| Правовой риск | Зависит от того, как и к чему применяется | Серая зона: лицензионные соглашения, товарные знаки | Высокий: прямое заимствование чужого кода |
Именно смешение этих трёх сюжетов создаёт ощущение, что «ИИ теперь копирует что угодно». На деле каждый из них про своё.
Что REA умеет на самом деле
Согласно README проекта, REA — это MCP-сервер и консольная утилита. Команда установки регистрирует его в Claude Code, Codex, Cursor, Gemini CLI и других агентах. После этого агент может попросить REA исследовать программу, а тот проводит анализ локально и возвращает результат: псевдокод, ассемблер, строки, символы, перекрёстные ссылки.
Список целей впечатляет: сайты, Electron-приложения, Android APK, бинарники на Go, Rust и .NET, метаданные Unity (IL2CPP), архивы Godot, WebAssembly, байт-код смарт-контрактов, прошивки, сетевые дампы. Но для глубокого анализа нативного кода REA опирается на внешние программы — Ghidra, IDA или Hopper, которые пользователь должен установить и, в случае коммерческих, законно купить. Автор подробного разбора исходников на японской платформе note называет REA «бандлером», а не анализатором: собственного декомпилятора у проекта нет, зато есть единый интерфейс к десяткам инструментов — по его подсчёту, 207 MCP-инструментов и 153 команды.
Важная и недооценённая деталь: REA к каждому выводу прикладывает доказательства и явно помечает, что осталось неизвестным. В документации прямо сказано, что совпадение статического кода ещё не гарантирует одинакового поведения программы. Демонстрационные примеры в README скромные: восстановление логики звука в классической игре DX-Ball с проверкой на 3205 тестах, трассировка работы буфера обмена в Notion. Сами авторы пишут не о клонировании, а о том, что агент может объяснить, как устроена функция, и помочь «построить похожую» в своём проекте.
По нашей оценке, реальная новизна REA не в том, что ИИ «научился реверсить», а в том, что работа, требовавшая специалиста с годами опыта в Ghidra, стала доступна любому, кто умеет формулировать запросы агенту. Это действительно сдвиг, но сдвиг в стоимости и пороге входа, а не в принципиальных возможностях.
Почему Photoshop не склонировали
История ArtCraft — самая яркая иллюстрация разрыва между ожиданиями и реальностью. Брэндон Томас, по данным TechSpot, обещал выйти на полное соответствие функциям Adobe в течение месяца, а в обсуждении на Hacker News уточнил, что на 99% уйдут месяцы. Комментаторы при этом сообщали о проблемах с базовой функциональностью.
Разработчик Фабио Акита в техническом разборе перечисляет, что видно на практике: PhotoCraft, аналог Photoshop, — альфа-версия возрастом около двух недель с более чем 800 открытыми задачами. Она зависает на изображениях больше 8192 пикселей, занимает около 800 МБ памяти на 12-мегапиксельном фото и неправильно отображает слои PSD.
Дело не в качестве конкретного проекта. Акита указывает, что ключевая ценность Adobe вообще не лежит в бинарнике, который можно разобрать:
- генеративные функции вроде Generative Fill работают на серверах Adobe — анализировать нечего;
- профили камер и объективов в Camera Raw накоплены за два десятилетия и в обучающих данных моделей отсутствуют;
- библиотеки Pantone проприетарные, а цветовые профили для кино получают по контрактам с производителями;
- огромная часть современного софта — это SaaS, у которого нет локальной программы вовсе.
Для масштаба он приводит пример переписывания рантайма Bun с Zig на Rust: проект обошёлся примерно в 165 тысяч долларов, хотя у команды был автор оригинала, полный исходный код и набор тестов более чем на миллион проверок. У клона Photoshop нет ни одного из этих преимуществ.
Отдельно стоит вопрос о методе. ArtCraft, по словам автора, создавался по принципу «чистой комнаты» — по публичным спецификациям форматов, без доступа к коду Adobe, — и об использовании REA в этой истории речи не идёт. Профессор Университета Сассекса Андрес Гуадамуз, которого цитирует Al Jazeera, усомнился, что это утверждение выдержит проверку, и отметил, что непонятно, какая часть кода написана Claude, а какая — человеком.
Где копирование работает уже сейчас
Если Adobe ИИ-клоны не угрожают, это не значит, что угрозы нет. Она просто направлена на тех, кто слабее. Акита на примере ретро-игр объясняет, почему быстрее всего «вскрываются» маленькие программы: бинарник небольшой, логика не меняется, всё работает локально.
Именно это происходит в мире инди-игр. По данным Kotaku, после вирусного успеха игры Needle In A Haystack Simulator в Steam появилось не меньше 14 клонов. Один из них, NoGlyph, обвинил студию Little Field в копировании своего кода: 13 классов с одинаковыми именами, совпадающие функции и сообщения об ошибках, одно из которых ссылается на шейдер, существующий только в проекте NoGlyph. По данным издания, ведущий разработчик Little Field признал в Discord, что 39 одноимённых методов совпадают побайтно. Kotaku связывает это с известной схемой: закрытую игру декомпилируют с помощью ИИ и переносят код в собственный проект. Ирония в том, что и сама игра NoGlyph — клон оригинала.
Unity- и Godot-игры, кстати, прямо значатся в списке поддерживаемых REA целей. Для небольшой студии, у которой нет юристов и защиты кода, это меняет экономику: скопировать чужую механику теперь дешевле, чем когда-либо.
Что говорит право
Это не юридическая консультация, и законы разных стран различаются, но базовые принципы известны. Авторское право защищает конкретный код, а не идеи и функциональность. В США Верховный суд в деле Google против Oracle в 2021 году признал копирование программных интерфейсов ради совместимости добросовестным использованием. В ЕС директива о защите компьютерных программ разрешает декомпиляцию для обеспечения совместимости при ряде условий, а договорные запреты на это в части совместимости недействительны.
Отсюда и разница в рисках. Автор издания Plagiarism Today считает, что иск Adobe к ArtCraft по авторскому праву, скорее всего, провалился бы: кода Adobe в проекте нет. Главный риск — пользовательское соглашение, запрещающее изучать продукт ради воссоздания, а также претензии к узнаваемости интерфейса. Он отмечает и другой поворот: код, полностью сгенерированный ИИ, может вообще не охраняться авторским правом, что делает открытую лицензию проекта отчасти формальной. С клонами игр ситуация обратная: побайтное совпадение кода — это уже не серая зона.
Открытый вопрос. Судебной практики именно по реверс-инжинирингу с помощью ИИ-агентов пока нет. Неясно, будут ли суды считать «чистой комнатой» разработку, в которой одна и та же модель может и анализировать чужую программу, и писать новый код.
Тёмная сторона хайпа: поддельные репозитории
Популярность инструмента быстро привлекла злоумышленников. В обращении к разработчикам 13 октября пользователь сообщил о репозитории rea-tools/rea — копии README с добавленным разделом о «готовой версии для Windows». Архив оттуда, по данным автора сообщения, Microsoft Defender определял как троян, а VirusTotal отмечал 8 из 45 антивирусных движков. Организация была создана 10 октября, архив скачали 172 раза. Мейнтейнер в тот же день добавил в README список официальных источников: npm-пакет rea-agents и релизы в репозитории morluto/rea.
Для инструмента, который по своей природе запускается с правами пользователя и взаимодействует с анализируемыми программами, это особенно опасно. Автор разбора на dev.to предлагает простые проверки перед установкой любого MCP-сервера: сверять название с официальным сайтом, проверять дату создания организации, убеждаться, что npm-пакет ссылается на тот же репозиторий, и фиксировать конкретную версию вместо «последней».
Что это значит для разработчиков и бизнеса
- Инди-разработчикам и небольшим студиям стоит исходить из того, что клиентский код будет прочитан. Обфускация и перенос ключевой логики на сервер подорожали для атакующего не так сильно, как подешевел анализ, но всё ещё повышают планку. Полезно следить за клонами в магазинах и заранее знать процедуру жалобы на нарушение авторских прав.
- SaaS-компаниям и крупным вендорам угроза ближе экономическая, чем техническая. Защищает не закрытость бинарника, а данные, серверные функции, интеграции, сертификации и экосистема. По нашей оценке, ArtCraft выстрелил не из-за технологии, а из-за раздражения пользователей: как пишет TechSpot, в марте 2026 года Adobe заключила с властями США мировое соглашение на 150 миллионов долларов (половина — в виде бесплатных услуг) по делу о скрытых штрафах за отмену подписки, не признав нарушений. Бесплатные альтернативы обычно растут там, где ценовая политика воспринимается как несправедливая.
- Специалистам по безопасности REA и подобные инструменты дают реальный выигрыш: анализ вредоносных программ, аудит прошивок и сторонних библиотек становятся быстрее и доступнее.
Вывод
Лозунг «ИИ склонирует любое приложение» неверен в обоих направлениях. Он переоценивает угрозу для крупного софта, чья ценность давно живёт на серверах, в данных и в экосистеме. И недооценивает угрозу для маленьких разработчиков, чьи игры и утилиты теперь можно разобрать за вечер. REA сделал реверс-инжиниринг дешёвым и массовым, и это реальное изменение. Но вопрос теперь не в том, можно ли скопировать программу, а в том, кто сможет себя защитить, когда это сделают.